Россия должна ввести барьер для Visa и MasterCard
– Зачем России «изобретать велосипед», создавать свою платежную систему? И почему это необходимо сейчас и немедленно?
– Если мы претендуем на позиционирование российской валюты в качестве резервной, как заявил об этом президент страны, и на создание в России крупного финансового центра, то собственная национальная платежная система необходима. Причем в данном случае платежная система понимается не в узком смысле — осуществление транзакций с помощью пластиковых карт, а широко — как вся совокупность безналичных расчетов, осуществляемых в стране. Нельзя создавать такую систему, опираясь на международных игроков, — по соображениям безопасности. Давайте проведем аналогию со спутниковой системой ГЛОНАСС. Многие относятся иронично к этому проекту. Но очевидно, что вся структура безопасности страны завязана на данных GPS и по определению не может зависеть от чужих спутников. Иначе в случае конфликта интересов (а теоретически его возникновение нельзя исключать) мы рискуем получать не объективные данные, а «откорректированные».
– В разработанном правительством законопроекте не определены основополагающие вопросы строительства национальной платежной системы. Как, на ваш взгляд, она должна быть организована?
– Регулятором процесса должен выступить Центробанк — это его естественная роль, как мы видим на примере того же Китая или Украины. Он же должен выполнять контролирующую функцию. Банковским сообществом высказываются опасения, что создание НПС выльется в организацию новой государственной корпорации со всеми вытекающими последствиями в виде монополизации рынка. Но, судя по тому, что делается государством, этого не должно случиться. Строго говоря, международные «образцы» — Visa и MasterCard — тоже не являются госкорпорациями, и мы вряд ли пойдем по такому пути.
Было и другое предложение — создание оператора в виде акционерного общества с участием крупнейших банков. На роль ядра претендовал Сбербанк, предлагавший развивать национальную карту на основе собственной технологии «Про100». Это могло привести к неравноправному положению отдельных игроков, ведь держатели пакетов акций, по сути, получат контроль над всей системой. Идея была отклонена. Скорее всего, НПС будет создана в виде некоммерческого партнерства, открытого как для российских участников, так и для иностранных, готовых осуществлять транзакции внутри страны на наших условиях.
– В России сегодня на долю Visa и MasterCard приходится свыше 85% рынка. Как отвоевать место для национальной карты?
– Думаю, стоит посмотреть на опыт других государств и прежде всего Китая. Китайская национальная система UnionPay существует с 2002 года. К моменту ее создания внутренний рынок страны также был поделен международными платежными системами. Но китайское правительство принимает волевое решение, и иностранцы оказались «за бортом». Visa и MasterCard при поддержке правительства США пытаются предъявить иск по поводу того, что Китай их не пускает на внутренний рынок, но ничего пока сделать не могут и принимают навязанные им правила. Ничего страшного я не вижу в возведении административных барьеров, закрывающих вход в страну для международных платежных систем. На этапе строительства НПС это будет логичным ходом.
– Не дешевле было бы создать НПС на основе одной из существующих российских платежных систем?
– Государство не склонно публично выделить ту или иную российскую платежную систему в качестве основы НПС, и это правильно. Не только потому, что это было бы воспринято банковским сообществом как некое насилие. Объективно у нас нет такой платежной системы, на основе которой можно было бы построить национальную. На сегодня в России действуют четыре межбанковские платежные системы — «Сберкарт», «Золотая корона», Union Card и STB Card. Прежде всего, они невелики: в совокупности занимают не более 13% рынка платежных карт. Кроме того, они не отвечают международным стандартам безопасности. В 1990-х годах российские платежные системы сделали ставку на дешевизну. Тогда как раз начали внедряться зарплатные проекты, и ценовая составляющая была крайне важна. Экономили на безопасности, в частности, остановившись на выпуске карт с магнитной полосой, а не на чиповых. Это привело к определенным проблемам: именно по этой причине наш банк постепенно сворачивает совместный проект с Union Card. Мы принимаем еще эти карты в качестве средства платежа, но практически не эмитируем.
«Сберкарт» не вызывает упреков с точки зрения безопасности. Но тут играет роль другой фактор. Сбербанк пытался продвинуть свою карту в качестве национальной платежной системы. В 2005 году банк объявил, что крупнейшая на тот момент российская платежная система отныне открыта для всех банков. При благоприятном развитии событий «Сберкарт» могла завоевать значительную рыночную нишу и в перспективе конкурировать с международными платежными системами. Не получилось. Как оказалось, другие банки не хотят участвовать в этой системе. Возможно, не устроил имидж Сбербанка. Пользователи карт — в основном молодые активные люди, и с их точки зрения Сбербанк на тот момент был слишком громоздкой структурой.
– В начале 2000-х годов российские платежные системы занимали более 60% рынка пластиковых карт. Почему они не смогли развить свой бизнес и вчистую проиграли международным игрокам?
– Основных причин две. Крупные банки — партнеры международных платежных систем — предлагают предприятиям торговли и сферы услуг более выгодные условия. Например, существует предложение, при котором покупателям предоставляются скидки, а банк потом возмещает им разницу. У крупных банков на это есть ресурс. У банков, партеров наших платежных систем, — вряд ли. Им приходится действовать иначе: что-то придумывать, создавать какую-то дисконтную систему, а это — свои технологии и иной порядок затрат. Вторая, и основная, причина — глобализация. Мы активно ездим за границу, заказываем номера в отелях, покупаем билеты. Нам просто удобно пользоваться и «здесь», и «там» картами Visa и MasterCard.
– Как быть с глобализацией? После запуска НПС придется иметь разные карты для расчетов за границей и дома?
– Такой сценарий тоже возможен, но он не интересен. Самостоятельное выдвижение карты на международный рынок стоит очень дорого. На сегодня только китайская UnionPay может похвастать, что чего-то добилась на международном рынке и её бизнес за границей довольно успешен. Ее принимают в 79 странах мира, сеть не очень велика, но это первый шаг. Руководители всех остальных национальных платежных систем пришли к выводу о необходимости заключать соглашения с международными игроками. Дольше всех держалась японская JCB, но в конечном итоге и она заключила соглашение с American Express о представительстве на международном рынке. Думаю, после запуска российской НПС у международных платежных систем не останется никаких иных вариантов, кроме как согласиться на кобренд. Тем более что опыт уже есть: Union Card и STB Card заключили в свое время соглашение о сотрудничестве с MasterCard.
– Эксперты говорят, что главными конкурентами национальной платежной карты будут не Visa и MasterCard, а наличные деньги. По статистике, 47% россиян вовсе не имеют карт, и 92% операций, осуществленных с помощью «пластика», приходится на снятие наличных в банкомате. Как с этим бороться?
– С помощью продуманных и целенаправленных мер правительства. Необходимо интегрировать безналичные расчеты в повседневную жизнь. У нас есть прекрасный пример — социальная карточка Башкортостана, которую стали активно внедрять год назад. На ней объединено около десятка приложений — транспортное, медицинское, социальное, налоговое, пенсионное, дисконтное, банковское. Сейчас туда же «привяжут» штрафы ГИБДД. Это достаточно интересный пример того, чем может быть наполнена карта НПС. Зачатки есть и в других регионах — это московская транспортная карта, аналог которой скоро появится в Санкт-Петербурге. Это так называемые «детские карты», на которые зачисляются пособия по рождению ребенка — для приобретения товаров в профильных магазинах. Как показывает опыт других стран, появление национальных карт быстро приучает пользователей к безналичным расчетам.
